В России в зависимости от региона резко отличается количество клиник и лабораторий, которые предоставляют услуги медицинской диагностики — разрыв между мегаполисами и некоторыми городами достигает стократных значений. Возможность получить своевременную лабораторную диагностику — один из важных показателей доступности медицинской помощи, который должен влиять и на раннюю выявляемость заболеваний. Однако эксперты призывают не ориентироваться в этом вопросе на сухой подсчет количества медучреждений, которые предоставляют услуги по проведению медицинских исследований, — важны и другие факторы. О чем говорит резкая дифференциация доступности лабораторной диагностики между регионами, узнали «Известия».
«Резкая дифференциация доступности»
Группа компаний «Диакон» провела в 45 городах с численностью населения более 300 тыс. человек исследование (имеется в распоряжении «Известий») доступности лабораторной диагностики. Оценивалось число клиник, которые предоставляют подобные услуги для пациентов. Аналитики учитывали и частные, и государственные медучреждения и лаборатории.
Выяснилось, что в регионах наблюдается «резкая дифференциация доступности медицинской инфраструктуры»: разница в количестве клиник, выполняющих востребованные анализы, между Москвой и отдельными городами более чем в 100 раз. В частности, если в столице таких учреждений 2537, то в Якутске — всего 17.
На втором месте в рейтинге ожидаемо оказался Санкт-Петербург, хотя и он уступает Москве по числу клиник более чем в два раза, — там услуги предоставляют 1068 медорганизаций. После двух крупнейших мегаполисов наблюдается резкое снижение показателей: в Новосибирске таких медучреждений 248, в Нижнем Новгороде — 210, в Ростове-на-Дону — 201. Большинство исследованных городов находится в диапазоне от 50 до 150, а минимальные значения, помимо Якутска, зафиксированы в Сургуте (21), Новокузнецке (22) и Калуге (24).
Максимальная насыщенность рынка (около 18–20 клиник на 100 тыс. населения) — в Оренбурге, Москве, Санкт-Петербурге, Владивостоке и Ростове-на-Дону. Минимальная (4–7 клиник) — в Новокузнецке, Якутске, Сургуте и Калуге. При этом в Москве и Краснодаре высокая конкуренция не привела к снижению цен, в отличие от Владивостока, где с этим учетом средняя цена анализа одна из самых низких по стране.
В исследовании отмечают, что регионы сталкиваются и с ограниченным перечнем доступных исследований — особенно в сегменте специализированных анализов. Общий анализ крови можно сделать везде, а вот сдать биоматериал на специализированные аллергопанели для некоторых городов уже проблема. Наименьший охват зафиксирован у тестов на респираторные (720 клиник) и пищевые аллергены (925 клиник). Также в ограниченном числе медцентров представлены комплексные исследования по гормональному (1067) и андрогенному (1406) профилям.
Средняя цена анализов в столице оказалась даже ниже, чем в ряде регионов. Москва — на третьем месте в этом рейтинге, Санкт-Петербург — на пятом. В лидерах — Чита, Сочи и Краснодар, а самые дешевые анализы во Владивостоке, Липецке и Рязани.
— В ряде небольших городов мы видим аномально высокие цены, что может быть связано со сложной логистикой биоматериалов или монополизацией локального рынка, — сказал «Известиям» председатель совета директоров ГК «Диакон» Андрей Варивода.
Самым дорогим анализом оказались пробы на пищевые аллергены, в среднем это стоит почти 10 тыс. рублей, тогда как кровь на глюкозу можно проверить всего за 219 рублей. В базовой диагностике, подчеркивают аналитики, установилось прозрачное и жесткое ценообразование, а вот сложные исследования остаются зоной высокой вариативности.
Почему возник такой большой разрыв
Большое количество лабораторий в том или ином городе свидетельствует лишь о том, что в нем живут люди, которые готовы платить за анализы, даже если они на самом деле не требуются в таком количестве, считает ректор Высшей школы организации и управления здравоохранением Гузель Улумбекова.
— Это свидетельство гипердиагностики и, возможно, самодиагностики, — сказала она «Известиям».
При этом эксперт отмечает, что в российских гослабораториях достаточно высокая пропускная мощность, которая, скорее всего, даже не выработана полностью.
Кроме того, в исследовании сравниваются урбанистически неравные регионы, дополняет руководитель проекта лабораторной диагностики сети клиник «Будь Здоров» Елена Захарова. Также не учитывается количество незарегистрированных жителей Москвы и жителей других регионов, использующих диагностику в медцентрах столицы.
В свою очередь, психиатр-нарколог, ассистент кафедры психиатрии и медицинской психологии РУДН Егор Батырев напоминает, что если 20 лет назад выполнением анализов занимались преимущественно государственные лаборатории и несколько частных организаций, то сейчас лабораторная диагностика стала выгодной франшизой.
— В какой-то момент крупные игроки на этом рынке поняли, что имеется колоссальный спрос на доступные и быстрые анализы, которые можно сдать в шаговой доступности от места жительства и при этом не сталкиваясь с очередями. В начале своего пути будущие гиганты этого бизнеса самостоятельно открывали пункты забора крови, затем они начали делегировать открытие процедурных кабинетов инвесторам и тем, кто хочет иметь пассивный доход от налаженного бизнеса, — уточняет собеседник «Известий».
По его словам, достаточно всего одной лаборатории, в которую могут поставлять биоматериалы с десятков пунктов забора. Она будет полностью закрывать производственную потребность, убежден эксперт.
— В регионах процедурных кабинетов намного меньше, чем, например, в Москве, но при этом мощности лабораторий позволяют удовлетворить спрос населения. Отличие лишь в сервисе и времени ожидания в очереди, — дополняет Егор Батырев.
Распространенность лабораторий напрямую зависит от их экономической целесообразности для собственников, подчеркивает сопредседатель Всероссийского союза пациентов Ян Власов. Государство на этот процесс почти не влияет, количество учреждений для лабораторной диагностики нормативно не ограничено, их развитие происходит по рыночным принципам.
— Это приводит к тому, что часть специализированных исследований доступна лишь в крупных центрах — прежде всего в Москве и Санкт-Петербурге, реже — в других регионах. В результате биоматериалы для таких анализов часто направляются курьерскими службами в эти города, где и проводится исследование. В то же время массовые, рутинные анализы выполняются повсеместно в рамках выданных лицензий, — разъясняет собеседник «Известий».
Влияет ли число лабораторий на раннюю диагностику
Говорить о разрыве в доступности медицинской диагностики только на основе количества лабораторий не стоит, убеждена директор Института экономики здравоохранения НИУ ВШЭ Лариса Попович.
— Медицинские организации покрывают все необходимые потребности, а их обеспечение лабораторным оборудованием является обязательным контролируемым требованием. Его закупка шла долгие годы в рамках национальных программ, — указывает она.
Кроме того, изменился и сам характер использования лабораторий: сейчас анализы могут быть переданы в референс-центры, уточняет эксперт. Поэтому гораздо важнее вопрос наличия квалифицированных кадров — именно отсутствие специалистов по лабораторной диагностике может привести к утрате доступности медицинских анализов. Также к проблемам могут привести ошибки в организации работы референс-центров на уровне регионов.
Разрыв в количестве доступных анализов существует, признает Елена Захарова. Но важнее в этом отношении осведомленность врачей о наличии лабораторных услуг, помогающих в постановке диагноза, знание возможностей маршрутизации пациента и организация логистики доставки биоматериала из отдаленных регионов.
Всего в России работает 5 тыс. государственных лабораторий с огромным разнообразием оборудования, дополняет Лариса Попович. Но результативность их должна оцениваться не по числу, а по конечному итогу работы: по показателю ранней выявляемости патологий. Эта статистика очень сильно отличается от региона к региону.
Сведения, в частности, собирают по впервые выявленным онкологическим заболеваниям. Если не учитывать различные региональные факторы, то чем больше их доля в регионе, тем лучше налажена ранняя диагностика. В 2024 году, согласно данным Единой межведомственной информационно-статистической системы (ЕМИСС), больше всего новых случаев онкологии выявили в Москве (более 60 тыс.), Санкт-Петербурге (почти 30 тыс.) и Московской области (около 33 тыс.). Однако при пересчете этого количества на численность населения в лидеры по выявляемости вырываются далеко не самые очевидные регионы: на первом месте оказалась Республика Карелия (684 случая онкологии на 100 тыс. жителей), на втором — Архангельская область (655,8), на третьем — Брянская область (641,7). В Чечне случаев рака выявили меньше всего — 167,7. Соседние позиции занимают еще две северокавказские республики — Ингушетия и Дагестан.
Эту статистику, впрочем, сложно сравнивать с данными о количестве точек лабораторной диагностики в пересчете на численность населения: ни Петрозаводск, ни Архангельск в исследовании вообще не рассматривались. При этом Брянск со своей хорошей выявляемостью онкозаболеваний по числу клиник с лабораторной диагностикой оказался в конце рейтинга, а Нижний Новгород и в том, и в другом списках находится вверху таблицы.
При этом случаи, когда люди не могут получить необходимую диагностику, действительно встречаются. В 2025 году, по данным исследования Всероссийского союза пациентов, больше половины россиян среди проблем здравоохранения назвали именно задержку сроков диагностики. Проблемы бьют по людям с серьезными заболеваниями: по данным движения «Пациентский контроль», с начала 2025 года ВИЧ-положительные россияне как минимум из 16 регионов столкнулись с отказами в проведении тестов на вирусную нагрузку и иммунный статус.
Источник: Известия
