17 мая — Всемирный день борьбы с артериальной гипертонией. Эта дата ежегодно напоминает о том, что повышенное давление остается одной из главных причин инсультов и инфарктов, часто развиваясь незаметно — без боли, тревожных симптомов и ощущения угрозы. История Светланы Камыниной — наглядное подтверждение того, насколько обманчивым может быть это состояние. На протяжении нескольких лет она жила с показателями давления выше 200, продолжала работать и не чувствовала серьезных изменений. Пока однажды привычка «терпеть» не привела к инсульту.
Почему гипертония может долго не давать о себе знать, какие сигналы мы игнорируем и как меняется жизнь после столкновения с болезнью — в личной истории нашей подписчицы.
— Светлана, вы рассказывали, что давление у вас поднималось до 220-230, но при этом вы почти его не ощущали. Такое действительно возможно?
— Да, и это, наверное, самое страшное. Я действительно почти ничего не чувствовала. Только иногда, если наклонялась, появлялись «звездочки» перед глазами. В остальном все было как обычно: работала, ходила на смены, занималась делами и не воспринимала давление как что-то очень опасное. Казалось, что раз ничего не болит, значит, все нормально.
— Каким был ваш образ жизни?
— Я всю жизнь проработала санитаркой. Сначала в доме престарелых, потом в психоневрологическом диспансере в Петербурге, позже — в хирургическом отделении центральной районной больницы. Работа всегда была тяжелой физически, но в последние годы стало особенно трудно. После оптимизации у нас осталась одна санитарка сразу на три отделения. Это лежачих пациентов поднять, все отделение намыть, больных отвезти, везде успеть. Плюс — ночные смены постоянно. Отдохнешь один выходной, и опять на работу. Но я всегда была очень активная. Помимо работы и семейных дел, гуляла с собакой по два часа утром и вечером. Одним словом, все время на ногах, все время куда-то бежала.
— Когда вы впервые узнали о повышенном давлении?
— Наверное, еще в молодости. Мама говорила, что у меня давление повышенное с детства. Но до 35 лет я вообще к врачам по этому поводу не обращалась, потому что меня ничего не беспокоило. Уже потом, на комиссиях и медосмотрах, начали обращать внимание на давление. Позже терапевт назначил таблетки, несколько раз я лежала в кардиологии. Так постепенно и начала принимать препараты постоянно. Высокое давление держалось, а все равно не было ощущения, что это что-то очень серьезное – ну, давление и давление.
— Даже когда показатели были выше 200?
— Да. Сейчас самой страшно это вспоминать. У меня давление под 230 было, а я в это время работала смены, и не чувствовала особого дискомфорта. Многие думают, что высокое давление обязательно ощущается, а у меня было не так. Причем примерно за полгода до инсульта такие подъемы давления уже начали периодически случаться, а в последние месяц-два стали совсем частыми. Но я все равно продолжала работать и думала, что это просто усталость или переутомление.
— Лечение помогало?
— Не сразу подобрали препараты. И сейчас у меня такая особенность: если давление снизить до 120, мне становится очень плохо. Слабость сильная. Я как овощ. Поэтому лекарства подбирали так, чтобы давление держалось примерно 140 на 80–90. При таком давлении я себя нормально чувствую.
— Как случился инсульт?
— Это было около четырех лет назад. К тому времени уже накопилась и усталость, и напряжение. Работа тяжелая, ночные смены, отдыха толком не было.
Дополнительным фактором стала история с маленьким внуком, который сильно ошпарился паром. Для меня это был очень сильный стресс. Все вместе, видимо, наложилось, после этого у меня и случился инсульт. Правая рука и нога стали плохо слушаться, была слабость. После инсульта мне оформили инвалидность, и с тех пор я уже не работаю. Сейчас мне 60 лет, а на пенсию я вышла еще в 50.
— Что врачи говорили о причинах?
— Говорили, что и давление высокое долго было, плюс — и нагрузка, и переживания.
— Как проходило восстановление после инсульта?
— Реабилитацию мне тогда не дали, поэтому пришлось самой заниматься. Я купила тренажеры и потихоньку начала восстанавливать руку и ногу дома. Постепенно все стало лучше, движения вернулись.
— А потом выяснилось, что есть проблема с почкой?
— Да. Примерно через год пошла на обследование, и мне говорят: «А где у вас одна почка?» Я сначала вообще не поняла, о чем речь. Потом делала УЗИ еще в нескольких местах — и везде подтвердили, что почка усохла. И самое удивительное для меня было, что она тоже вообще никак не давала о себе знать. Никаких симптомов не было.
— Врачи объяснили, почему это произошло?
— Сказали, что такое бывает, и что это могло быть связано с высоким давлением. Объяснили, что все в организме взаимосвязано. Потом почку удалили. Операцию сделали по ОМС.
— Как сейчас изменилась ваша жизнь?
— Сейчас уже, конечно, больше слежу за собой. Давление измеряю регулярно, стараюсь меньше соленого есть, воду ограничивать, потому что с одной почкой нагрузка тяжело переносится. Если много жидкости, то начинаются отеки, тяжесть, поясницу тянет. Лекарства от давления после инсульта получаю бесплатно. Но у меня еще диабет, и с льготными препаратами бывают проблемы. То дают, то нет. И на почку лекарства уже не дают: сказали, что льгота только по одному заболеванию. Препараты все дорогие — около трех тысяч стоят. На пенсию самой покупать очень тяжело.
— Что бы вы сейчас сказали людям, которые живут с высоким давлением, но не чувствуют его?
— Не откладывать все на потом. Мы ведь обычно как думаем: некогда, потом схожу, раз ничего не болит — значит, нормально. Но потом уже поздно бывает.
Даже если давление никак не ощущается, все равно нужно обследоваться. Хотя бы раз в год. Потому что у меня и почка никак себя не проявляла — а оказалось, что она уже не работает. Лучше заранее проверяться и следить за собой, даже если кажется, что со здоровьем все нормально.
— Вы говорите, что лекарства приходилось и приходится покупать самой, и это тяжело на пенсию. Как вам кажется, должна ли государственная поддержка таких пациентов быть шире?
— Конечно. Потому что если человек живет с высоким давлением, а у него еще болезнь почек, диабетом — это постоянное лечение, без перерывов. А препараты дорогие, и многие просто не могут их покупать регулярно. А если человек остается без лекарства, то это заканчивается плохо, как у меня. Потом это и для самого человека трагедия, и для государства намного тяжелее и дороже. Мне кажется, нужно предотвращать, а не ждать, пока случится беда.
